PHNjcmlwdCBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1pZD0iMTMxOSIgZGF0YS1vdXRzdHJlYW0tZm9ybWF0PSJmdWxsc2NyZWVuIiBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1zaXRlX2lkPSJGYWt0eV9GdWxsc2NyZWVuIiBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1jb250ZW50X2lkPSJmYWt0eS5pY3R2LnVhIiBzcmM9Ii8vcGxheWVyLnZlcnRhbWVkaWEuY29tL291dHN0cmVhbS11bml0LzIuMDEvb3V0c3RyZWFtLXVuaXQubWluLmpzIj48L3NjcmlwdD4=
Автор:Дарка Олифер

К корвету «Тернополь» у меня особенное отношение – как к первой любви


Я не представляю, что чувствуют украинские офицеры и матросы, которые покидают свои боевые корабли и части. И не знаю, что им сказать.

К корвету «Тернополь» у меня особенное отношение – как к первой любви. На его борту я была всего один раз – 16 февраля 2006 года. Тогдашний министр обороны Анатолий Гриценко летел в Севастополь. В тот день военные первый раз меня взяли с собой. У меня, 21-летней, не было счастья большего. Я помню этот день во всех подробностях. И яркое крымское солнце, такое неожиданное после хмурых киевских пейзажей. И как еще самолете я пролила чай на белую рубашку и чуть не расплакалась из-за этого. Гриценко тогда привез в Севастополь очень внятный меседж: ЧФ РФ уже сейчас должен готовится к 2017 году. Мол, процесс ухода из Крыма сложный, займет много времени – люди, квартиры, базы. В общем, начинаем собираться. Если кто-то хочет спросить, могла ли я тогда себе представить, что уйдут не россияне, а наши, то я на всякий случай уточню – нет, не могла. Есть подозрение, что никто не мог. Но тогда для меня самым важным было другое. В тот день на «Тернополе» впервые подняли государственный флаг Украины: корвет официально стал боевым кораблем наших военно-морских сил. Рассказывали, что корабль строили долго, потому что не было денег и что «Тернополем» его назвали, потому что именно Тернопольская область дала денег на его достройку. А потом был обед в офицерской кают-компании. Тогда я познакомилась с Олегом Мащенко, Андреем Лысенко, Глебом Гараничем, Денисом Поповичем, Оксаной Тороп, Ромой Цимбалюком. Пресс-пул тогдашнего минобороны был просто блестящим: редкое сочетание профессионализма и потрясающих человеческих качеств. Мне так хотелось стать одной из них! И вот мы все стоим на берегу, возле «Тернополя», и в разговоре со старшими товарищами появилась нотка уважения. В этот момент оператор Вовка Паутов достал из кармана один из первых телефонов с фотоаппаратом и крикнул: – Дарка, прими чуть в сторону! Эта фотография сейчас стоит у моих родителей. Зернистая, немножко размытая. Но я там совершенно счастливая. На фоне судового трапа, на котором написано «Тернопіль». Потом Гриценко уехал на эфир – в студию ТРК «Бриз». В следующий раз он приедет в Севастополь через полтора месяца, чтобы представить нового командующего военно-морскими силами Украины. Этого командующего будут звать Игорь Тенюх. А мы остались снимать бухту и корабли. Появился российский офицер, который попытался запретить съемку. Даже требовал удалить снятый материал. Нашему возмущению не было предела! Громко, не стесняясь, я цитировала Конституцию, законы, а также все, что я вычитала о российской и советской армии у Виктора Суворова и Владимира Войновича. Офицер понял, что лучше не связываться и попытался красиво отыграть назад: это был особист, а у него работа такая. После той командировки с военными мы подружились, и в моей жизни начался совершенной другой период – новые вызовы, испытания, горизонты. Он начался там, на борту корвета «Тернопіль», где теперь подняли андреевский флаг. Как его назовут теперь? «Мужественный»? «Воинственный»? «Свирепый»? Я не представляю, что чувствуют украинские офицеры и матросы, которые покидают свои боевые корабли и части. И не знаю, что им сказать. Но все равно пожелаю семи футов под килем.

 


Вверх Вверх
Вверх