PHNjcmlwdCBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1pZD0iMTMxOSIgZGF0YS1vdXRzdHJlYW0tZm9ybWF0PSJmdWxsc2NyZWVuIiBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1zaXRlX2lkPSJGYWt0eV9GdWxsc2NyZWVuIiBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1jb250ZW50X2lkPSJmYWt0eS5pY3R2LnVhIiBzcmM9Ii8vcGxheWVyLnZlcnRhbWVkaWEuY29tL291dHN0cmVhbS11bml0LzIuMDEvb3V0c3RyZWFtLXVuaXQubWluLmpzIj48L3NjcmlwdD4=

Почему у Польши получилось, а Украина там, где есть? Интервью с Питером Вагнером

Почему Польша достигла таких успехов, хотя в 1990-х была на уровне с Украиной? Стоит ли Украине бояться открытых рынков? Почему другие страны, например Хорватия, не имеют такого успеха, как Польша? Об этом рассказал Фактам ICTV Питер Вагнер во время визита в Киев.

Питер Вагнер является руководителем группы поддержки Украины в Европейской комиссии и Генерального директората по вопросам соседства и расширения Европейской Комиссии.

На Киевском международном экономическом форуме 5 октября Питер Вагнер вместе с другими спикерами обсуждал глобальные вызовы новой экономической реальности и место Украины в ней.

 

– Грэм Макстон (генеральный секретарь Римского клуба. – Ред.) критикует открытый рынок, который является основой капитализма. Возможно ли в наше время найти замену капитализма?

– Концепция капитализма, какой вы ее воспринимаете в Украине, на практике отличается от капитализма Запада.

У нас скорее речь идет о рыночной экономике или о социальной рыночной экономике. Сейчас капитализм на Западе уже не так воспринимается, как это было в конце 19 – начале 20 веков.

Во-первых, появились новые глобальные вызовы – изменение климата, миграция, поддержание постоянства экономики.

Во-вторых, речь не только о введении бизнеса. Если Украина хочет двигаться дальше – нужно не только проводить реформы в бизнес-сфере, надо вообще менять бизнес-климат – делать его как можно более благоприятным.

Что вам необходимо? В первую очередь – реформа здравоохранения.

Второй этап – изменения социальные. Стране очень нужна децентрализация и пенсионная реформа. Пенсионеров надо привлечь к жизни общества.

Надо шире смотреть на капитализм.

– Кому несет больше пользы Всемирная торговая организация: огромным корпорациям и богатым странам или таким странам, как Украина?

– Судя по выступлениям на Киевском экономическом форуме, политики высокого ранга отходят от практики получения непосредственной выгоды от торговли и того, что может предоставить та или иная сделка.

На сделки и союзы они смотрят шире, глобальнее.

Всемирная торговая организация в своей деятельности выходит за пределы прямых бизнес-интересов, чего не могло быть лет 40 назад. ВТО также работает над глобальными проблемами – изменением климата, миграцией и социальными пакетами для населения.

– Экономист Эрик Райнерт полгода назад нам говорил, что Украине нужна политика экономического национализма. Он посоветовал нам защищать собственного производителя для экономического роста. Вы согласны?

– Нет. Теперь никто не является островом в контексте экономики, безопасности и любого другого смысла.

Сейчас ни одна страна в мире не настолько большая, чтобы позволить себе такую ​​политику. Нам нужно открытое и справедливое взаимодействие.

Возможно, я смотрю на это слишком с точки зрения Евросоюза, но мне очень понравилось, как премьер-министр Владимир Гройсман во время открытия Форума акцентировал на честности и открытости в отношениях с бизнесом, работниками, клиентами и конкурентами.

Таких правил должен придерживаться весь мир. Они касаются и Европы.

Конечно, нужно найти баланс открытости – возможно, не везде он одинаков.

Эта открытость может быть асимметричной в некоторых регионах. Но это не отменяет правил прозрачности и открытости бизнеса, которых надо придерживаться.

– Создается впечатление, что Польша – это последний успешный кейс сотрудничества с ЕС. Все страны, которые вступили в Евросоюз позже – не имеют такого успеха. Например, в Хорватии ежегодно падает ВВП…

– Словосочетание “сотрудничество с Европой” мы не употребляем. Польша, как и многие другие страны, интегрировалась в Европейский Союз, что, конечно, и стало одной из ключевых причин ее успеха.

Вы постоянно сравниваете Украину с Польшей, потому что экономики стран были очень похожи в начале 1990-х.

Во многом именно интеграция в ЕС определила успех Польши – она ​​повлияла на увеличение бизнес-партнеров, расширила рынки сбыта, словом, увеличивала количество клиентов и объемы обмена товарами.

И, что важно, в Польше была длительная подготовка к интеграции с ЕС. Вступлению в Евросоюз предшествовало глубинное реформирование на многих уровнях страны.

– Почему тогда другие страны, недавно вступившие в ЕС, не настолько успешны, как Польша?

– Я не могу согласиться с этим. Во-первых, например, Хорватия позже вступила в ЕС и она еще не прошла весь тот путь реформирования страны, как Польша.

Во-вторых, трудно сравнивать такие разные вещи, но Польша пошла в своих реформах гораздо глубже и смелее.

Поэтому и ваш успех в будущем – это рискованные и глубокие реформы сейчас.

Польше повезло, ведь ее экономикой в ​​свое время управлял министр Бальцерович. Он и решился на эти реформы. А успех Бальцеровича служил примером для его преемников.

Последнее, что я скажу о Польше, но не последнее по значению. Трудно назвать другую страну среди новых членов Евросоюза, которая настолько эффективно уменьшила или  вообще поборола коррупцию.

Читайте: Нефьодов: Украина догонит Польшу. Речь о 2-3 годах

Напомним, тем временем в конца 2017 года году в Польше планируют принять проект закона, который вводит фиксированный налог за трудоустройство сезонного работника, в частности работников из Украины.

Богдан Аминов.

Загружается…
Загружается…
Загружается…

Вверх Вверх
Вверх